В прежнее время из мусульманских праздников особенной торжественностью и многолюдностью отличались празднования Курбана и Рамазана, а также ночные гулянья, устраивавшиеся в течение поста Руза в месяце Рамазан. В настоящее время эти праздники еще справляются верующей частью населения, но уже без той пышности, которую придавали им раньше феодальные пра¬вящие круги и духовенство. Праздники эти приурочены к мусульман¬скому лунному календарю, поэтому они переходящие и приходятся на различное время года. В продолжение всего поста по вечерам устраива¬лись моления, после чего население отправлялось на базары, на площади и в чайханы для гулянья и развлечения; на ночных сборищах на базарах— бозори гиаб (ночной базар) — устраивались различные представления, играла музыка, происходили пляски. Группы подростков ходили в дома соседей, главным образом зажиточных, и пели песни в честь хозяев, за что их одаривали деньгами и сластями. Перед рассветом все отправлялись домой подкрепиться, так как днем есть и пить было нельзя. Вечером пе¬ред самым праздником Рамазана ночные гулянья достигали своего апо¬гея; в эту ночь в домах готовилось угощение, а на рассвете все отправля¬лись на могилы близких, где устраивалось поминание умерших и раздача угощения муллам и нищим.

В первый день праздника в мечетях устраивали праздничные моления, а затем угощения при мечетях в складчину, которыми распоряжались ста¬рики. Нередко праздник организовывали беки или другие представители власти; так, например, в Кулябе перед бекской крепостью по вечерам во время поста устраивали большой костер — чаекй — со всевозможными развлечениями. В дни Курбана и Рамазана организовывали различные состязания, скачки с козлом, борьбу, выступления артистов, при этом представители власти раздавали призы. Женщины, державшиеся особня¬ком, ходили в гости друг к другу (идгардак). Курбан был связан с обы¬чаем принесения в жертву животного, в зависимости от достатка семьи— барана или козла, быка или верблюда, мясо которого шло на праздничное угощение.

Массовый, глубоко народный характер носили весенние праздники, связанные с пробуждением природы и началом сельскохозяйственных работ. Все они концентрировались вокруг старинного иранского Нового года,— Навруз, приходившегося на день весеннего равноденствия, т. е. на 21 марта. О весенних празднествах в Бухаре, связанных с Наврузом, рассказывает автор X в. Мухаммед Наршахи; очевидно, традиции этого праздника пронесены таджиками через многие столетия. Весенние празд-ники захватывали довольно широкий период и зависели главным обра¬зом от более раннего или более позднего наступления весны и в тех или других местах справлялись раньше или позже.

Незадолго до Навруза устраивались так называемые гулгардонй — хождение с цветами. Собирались подростки, обычно ученики; один из них нес длинную жердь, на конце которой был прикреплен букет из ве-сенних цветов; если таковых еще не было, то делали бумажные цветы; цветы были также у каждого в руках и за ушами. Подростки ходили по домам и пели специальные песни, посвященные весне, Наврузу. Хозяева дома целовали букет цветов на шесте, пригибая его к себе, а затем делали подросткам какое-либо подношение — давали пшеницу, яйца, сушеные фрукты, иногда деньги. За несколько дней до Навруза справляли праздник туи суманак. Заранее высевали в глиняных тазах немного пшеницы или складывали ее где-либо в общественном месте в кучу на чистую циновку и слегка поливали водой. Проросшую пшеницу толкли в ступе, а затем из сока, к которому добавляли немного муки, варили нечто вроде киселя — суманак. Варить суманак должна была хорошая хозяйка — кайеони, которая перед этим совершала омовение, надевала белое платье и произносила соответствующие ритуальные формулы. Иногда суманак обносили вокруг мазара. На угощение суманаком обычно созывали много народа, часть кушанья распределяли по домам.

Перед наступлением Навруза во всех домах наводили чистоту и порядок, обметали стены и потолки, на стенах белой или красной глиной делали стилизованные изображения цветов, козлов и т. п.; стирали белье, по возможности заготовляли новую одежду; приготовляли различные лакомые блюда. В ночь на Новый год хозяйка окуривала дом — на глиняный черепки клали горячие угли, а сверху насыпали мелко нарезанные благовонные травы; зажигали также светильники. Считалось, что окуривание дома и зажигание светильников, как и запах от готовящейся пищи, приятны духам предков. В день Нового года жители селения или квартала надевали праздничную одежду и собирались где-либо в селении или вне его, мужчины и жен¬щины отдельно. Угощение перемежалось различными развлечениями. Мужчины устраивали игру с козлом, борьбу, слушали певцов, музыкантов. Женщины пели песни, устраивали качели — хой, для чего на толстый сук дерева закидывалась веревка, которую связывали на небольшой высоте от земли петлей; при качании на качелях состязались, кто выше взлетит и большее число раз ударит по определенному месту на дереве; победительницам давали приз. Молодежь развлекалась различными играми, играли в «битки» крашеными яйцами и катали их.

Сайли продолжались и после Навруза, обычно в апреле и начале мая, когда распускались маки и тюльпаны. Есть основание считать, что эти гулянья восходят к далекой древности, что они были связаны с культом умирающей и воскресающей растительности, в частности с культом Сиявуша. Заранее выбирали несколько больших тополей, которые затем срубали и привозили в селение; специальная группа людей отправлялась за тюльпанами. Срубленные деревья украшали цветами так, что они превращались в огромные сплош¬ные букеты. Деревья вкапывали в землю в заранее выбранном месте, во¬круг них собиралась праздничная толпа, устраивались различные раз¬влечения и угощение; при этом пели специальные песни, называемые нацш. На второй день праздника мужчины и женщины отдельно отправлялись на находившиеся вблизи селения почитаемые мазары, где устраивалось угощение; женщины при этом гадали по разным приметам, а затем купались в речке близ мазара и возвращались, распевая песни и танцуя. Мужчины возвращались поздно вечером с факелами, затем расходились по чайханам и снова пели накши. На этом празднество заканчивалось.