Мировоззренческие аспекты культуры, ментальность ингушей
Ингушский народ не утратил своих основополагающих принципов этнической культуры, что дает ему возможность понять необходимость воспринимать как гарант стабильности единство всех слоев общества, независимо от интересов и взглядов. Только следуя принципам единства и солидарности, ингуши могли обеспечить историческое выживание своего этноса в сложнейших катаклизмах их исторической судьбы. Общество подтягивает индивидуальное, призывая его к жизни более достойной, с тем чтобы это индивидуальное могло приобщиться к существующим в нем нормам социального поведения и в конечном счете получить признание этого общества. Стремление к постоянному единству было главной идеей, сохранявшей народ, без которого эта социальная общность не мыслила своего существования. «Адамий барт кхерийла ч1оаг1аг1а ба» (единство народа крепче камня), – говорят в народе. Предостережением служат слова: «барт бехача дезалах вай лорадолда» (сохрани нас от не знающих согласия потомков) - эти слова актуальны всегда. Только в условиях единства становится возможным сохранение «национального лица».
По мнению первого ингушского этнографа Ч. Ахриева, консолидации ингушского общества, поддержанию в нем самобытности способствовало уважение к старейшинам ингушских тейпов. Тейповые отношения в ингушском обществе строятся на уважении, доверии и почитании старейшин. Отношения как внутри рода, так и между родами регламентировал институт старейшин. Патриархальные традиции ингушей, сложившиеся еще в древности, обязывали к дисциплине. Существовал институт «мехк–Кхел» («совет страны»), являвшийся высшим органом управления.собирался совет, как правило, в окрестностях почитаемого храма тхаба-ерды...
У ингушей сильно развито чувство собственного достоинства, аристократической гордости, переходящей порой в самовлюбленность. В устном народном творчестве народа эта национальная особенность характера находит свое отражение, в призывах не возгордиться во время успехов, и не быть пессимистом во время беды: «дика деча сонта ма вала, во деча воха ма воха». Чувство собственного достоинства – это взвешенность поступков в самых различных обстоятельствах. Это отнюдь не горделивость, а повышенное требование человека к самому себе, не позволяющее ему быть сторонним наблюдателем жизни общества. Оно дает человеку возможность сохранять способность критически оценивать каждый свой шаг и трезво смотреть на совершаемые им действия. Это помогает избегать самости и гордыни. Национальный характер и менталитет ингушей нельзя рассматривать в отрыве от северокавказской культуры, ибо совместное проживание на одном этнокультурном пространстве интегрировало многие черты характера горских народов.
В генах ингушского народа заложен выработанный тысячелетиями код взаимопомощи, терпимости, добра, совести, долга. Не возникало в сознании горцев желания призвать на помощь других. У ингушей не было и нет нищенства, бродяжничества и попрошайничества, что отмечали многие ученые-краеведы. Характер немещанской ментальности обуславливал готовность ингушей в любое время прийти на помощь к тому, кто оказался в беде, не требуя вознаграждения. Элементы стоицизма прослеживаются в содержании культуры ингушей, в том, как заложенные в ней основы помогают человеку преодолевать пассивность, превращают его в активного участника традиционных действий, не терпящего созерцательности. Последующие поколения перенимают эти культурные образцы.
В прошлом «каждый старался быть образцом в знании обычаев, поведении, умении сказать слово, встретить и проводить гостя». Не приходилось задумываться над тем, что является основным в жизнедеятельности. Требования установленного порядка действовали во всем. Благопристойные характеристики в адрес человека одновременно адресовались и семье и фамилии. Поэтому, в прошлом сильнее, но и сегодня как предупреждение и напутствие пожелание: “тха юхь ма йага ела хьа”, т. е. “сохрани лицо”.
В некоторой степени ушли в небытие времена, когда за поступки человека отвечала фамилия, но и ныне с семьи не снимается ответственность за нравственные поступки ее членов.
Следование всем требованиям национальной культуры столь значительно, что человека характеризуют «эздий саг», т. е. «благородный человек». Эту же характеристику могут заменить словами: «г1алг1а ва» (букв.ингуш он), «саг ва» (человек), т. е. «человек», «ингуш», «благородный человек», которые понимаются как равносильные понятия. аналогичные явления встречаются и в культуре народов северного Кавказа, и мира в целом. Быть человеком – главное требование, объединяющее народы независимо от национальности и вероисповедания.
Мудрость народа гласит: «Къонах воацачун ди дац, ди доацачун дош даца, дош доацара саг вац» (силу духа имеет мужчина; волевой мужчина держит слово; умеющий держать слово есть человек). «деша да хила ди деце, дош ма ле» (не давай слова, если нет духа его сдержать), – считают ингуши. Через призму достоинства понимается верность данному слову. Ответственность, верность слову как безусловность не бывают напоказ, эти черты сокровенны. «Ший деша да ва из», – говорят в народе, что в переводе означает «он хозяин своего слова», в значении «надежный», «человек чести». Для человека благовоспитанного «общественное мнение» является «пружиной чести». Не показное, а внутренне высокое чувство светскости придавали особый лоск поведению.
Ингушское общество можно назвать во многом патриархальным. Слово «патриархальность» понимается как добрые взаимоотношения между людьми. Уважительное отношение к родителям и забота о них являются святым долгом. Все члены семьи – сыновья, дочери, снохи, внуки с почтительностью относятся к старикам. «Боккхинах чу бола цьа – д1аха ц1а да», т. е. дом, в котором есть старики, – богатый дом.
Уважение к старшим людям проявляется, прежде всего, в том, что самые значительные вопросы в жизни семьи, общества ингуши не решают без их непосредственного участия. Общество, считаясь с самой старшей по возрасту социальной общностью, активизируя их социальную роль, тем самым способствует их комфортному чувствованию в обществе, содействует долголетию.
Во взаимоотношениях ингуши стараются избегать острых конфликтов, неприятных сцен, шумных споров и резких слов. С детства они обучены тому, что нельзя оскорбить, унизить человека, умалить его в собственных глазах. Изучавший нравы народов Кавказа в 1830–1832 гг. исследователь И. Бларамберг писал: «Ингуши считают оскорбление словом самым чувствительным из оскорблений…». Они знают цену уместному, обдуманному слову, не употребляют оскорбительных и непристойных выражений.
В ингушском обществе поражает в высшей степени уважительное отношение к людям знания, к образованным людям. Ничто в человеке так не ценится, как его ум и такт, которые являются критерием оценки человека. «Лоамаш сийрдадоах малхо, саг – хьаькъало» (горы озаряет солнце, человека украшает ум), – гласит народная мудрость. Если человека характеризуют как «хьаькъало дола саг» (умный человек), то под этим имеют в виду знания, терпение, сдержанность. «1алама саг оамал йолаш веце цунна 1илма дов», «если ученый человек не тактичен с людьми, обесценивается его ум», – говорят в народе. Мысли просвещенных людей должны гармонировать с народом, не отрываясь от него. Такие качества, как «рассудительность, спокойствие, умение себя держать и контролировать», ценились и ингушами и соседними народами. Человек, умеющий мыслить, анализировать сохраняет равновесие духа в любых ситуациях жизни. Значение просвещения и образования поддерживается и религией. Для постижения глубины ислама нужны знания, а по традиции ингушей, день, прошедший без получения нового знания, потерянный день.
Ингуши большое значение придают родственным связям. Каждый ингуш – одно целое в близкой системе родственников, в нравственном ответе за взаимоотношения с соседями. Он не замкнут в узком семейном кругу и не видит необходимости что-либо менять. В сознании ингуша отсутствует образ врага в лице соседа, который мог бы иметь какие-либо негативные качества. Следовательно, в его сознании не возникает готовности к самообороне относительно близкого соседа, которую можно было бы назвать борьбой добра со злом.а ведь «именно культура, создаваемая этносом и есть та ценность, относительно которой человек» измеряет действия и поступки людей.